Уровень профессиональной подготовки и культуры —а вместе с тем и самосознания —масс растет, и, независимо от желаний, буржуазия не может его каклибо снижать в силу особенностей современного производства. Вместе с тем труд на капиталистическом предприятии остается отчужденным трудом, не дающим людям удовлетворения. Человеческая жизнь как бы раскалывается на время, «потерянное» на работе, и на время «личное», которое оторвано от трудовой деятельности. В такой ситуации идеал хорошей жизни ищется в «личное» время, и это закономерно: ведь эстетический идеал, оторванный от трудовой деятельности, неминуемо оказывается обедненным… Понятно, что это лишь часть противоречий нашего времени, которые захватывают и противоречия между свободой и необходимостью, личностью и обществом и т. д., причем некоторые из этих противоречий окончательно могут быть разрешены только в коммунистическом обществе.
Archive for the ‘Новости’ Category
И здесь снова возникает вопрос об органичности кинопроизведения и авторского творчества в условиях массовой коммуникации.
Эйзенштейн в поздний период своего творчества немало писал об органичности фильма. Читая его высказывания но этому вопросу, можно при нервом взгляде прийти к выводу, что он не приводит четкого различия между органикой и организацией, что проблема органичности фильма у него теоретически решается на путях организации как таковой. Но дело обстоит сложнее.
Возможно ли все – таки соизмерить одно с другим? Существует ли в этом споре, может ли быть в нем какой – то общий знаменатель? Или в самом деле, как склонны подразумевать иные критики, этот фильм говорит «для одних одно, для других другое» и, таким образом, представляет собой некую игру тенденций, не приводящую к ясному и определенному итогу?
Но вот история, происшедшая зимой 1963 года.
Суть образной мысли, ее «ядро» всегда, во всех нормальных случаях, есть центральный предмет – или центральная проблема – художественного восприятия, при всей возможной многозначности произведения. Об этом и должна идти речь.
У нас долгое время происходили споры, иногда довольно жестокие, так и не приведшие к каким – то однозначным итогам, по поводу концепции фильма «Иван Грозный». Одни критики говорили, что Эйзенштейн превознес царя Ивана и представил его апологию, а другие утверждали, что Эйзенштейн, наоборот, ниспроверг Ивана, морально уничтожил его. Об этом немало писалось и еще больше говорилось, причем спорившие стороны как будто неизменно исходили именно из этой дилеммы: превознес или ниспроверг? Основной вопрос мыслился именно так. И каждая из сторон в споре находила определенные обоснования для своей точки зрения, своей трактовки, своей оценки фильма.
Для выяснения диалектических противоречий этого в самом деле не простого процесса может служить своего рода ключом перспективная теория «диффузии», теория «взаимопроникновения явлений, ранее присущих так называемому «элитарному искусству», в искусство «массовое» , выдвинутая искусствоведом В. Баскаковым в начале 70 – х годов. Ее автор справедливо указывает, что •диффузия» прежде всего послужила для «усреднения» стилевых, жанровых и прочих художественных категорий, для создания, проще говоря, произведений, способных удовлетворять самые разнообразные вкусы. Имеете с тем, думается, эта теории дает возможность познать пути подъема, пути роста художественной культуры. Пусть не всегда, пусть помимо желаний «сильных мира сего», но даже процесс «усреднения» идет в сторону подъема, а не упадка формы массовых искусств.
Сравнительно недавний пример Феллини. Как известно, отдельные киноведы восприняли этот фильм поначалу как произведемте элитарное, переусложненное, будто бы не нужное массовому зрителю. Но скоро стало ясно, что это произведение этапное, определяющее развитие кино так же, как это делали в свое время шедевры Эйзенштейна и Довженко. Чаплина, Мурнау и Уэллса. Со временем феллиниевские приемы стали, можно сказать, расхожими выразительными средствами, понятными подавляющему большинству зрителей.
